Сочи

Сочи – впервые термин встречается (в форме Садша) у знаменитого турецкого путешественника Эвлия Челеби, который в сопровождении сильного турецкого отряда, при своём следовании в 1641 году из Турции к Азову, вдоль Черноморского побережья Западного Кавказа, составил описание, до сих пор представляющее исключительный интерес.

О территории, занятой современным Адлером и о примыкающих к ней окрестностях этот любознательный турок писал:

«… мы шли далее к западу до жилищ племени Арт… Пристань этого племени называется Артлар… К северу среди гор, находится Садша… Область Садша – область Сиди Ахмет Паши. Вследствие торговых сношений с находящимся на северной стороне черкесским племенем, они прекрасно знают по-черкесски и по-абазски. Их семь тысяч храбрых и могучих богатырей. Их гнева и злобы постоянно остерегаются черкесы и абазы. Вследствие сохранения со стороны племени Арт мирных отношений, они привозят в гавань Артлар рабов и воск и торгуют…»

Советский учёный Анатолий Нестерович Генко, на основе записок Эвлия Челеби, а также материалов Джемса Станислава Белля, Услара, Дирра и других авторов, на основе лингвистического анализа «языка Садша» пришёл к превосходному, представляющему глубокий научный интерес,  выводу о том, что «в середине XVII века джигетские Садша, и теперь именуемые по-абхазски Sadwa , говорили на убыхском языке…»

Новицкий, Белль, Раевский, Филипсон, описывая Черноморское побережье Западного Кавказа в период Кавказской войны, свидетельствовали, что племя «Садша», средоточием которого являлась центральная часть современного города Сочи, в большинстве своём разговаривало племя на убыхском, абхазском и адыгейском языках. Джигетский (это ветвь абхазской народности) этнический и лингвистический элементы были весьма значительны…

А.Н. Генко

А.Н. Генко справедливо обращал внимание на происходивший сложный процесс «скрещивания различных этнических факторов, сталкивавшихся на побережье», приводивший «к постоянному вытеснению убыхского языка, сужению сферы его распространения при параллельной этому процессу инфильтрации абхазских и черкесских слов в убыхскую речь».

Где-то в горах, на стыке границ абхазских, адыгейских и убыхских племён, скорее всего вблизи полегающего через кавказский хребет торгового пути, образовался союз их представителей, в конечном итоге, принявших наименование Садша, где этническому смешению сопутствовали лингвистические факторы.

Собственно убыхи и племя Садша примерно до конца XVIII столетия помещались на северных склонах кавказских гор, а на рубеже XVIII и XIX столетий, они отняли у джигетов аул Мутыхуасуа, ставший резиденцией Хаджи Берзека Дагум-уко (Дагомукова). В данном случае мы можем допустить, что именно к этому времени следует приурочить их переселение на южные склоны кавказских гор, которое произошло, по-видимому, не без применения оружия. Такое допущение делается тем более вероятным, что Г.И. Филипсон заявлял о том, «что и в настоящее время разноплемённость и следы недавнего завоевания очень заметны на этом участке».